Интервью о личном: знакомьтесь Елизавета Ковалева…

О семейных ценностях; планах на будущее; об испытании первым классом

В Институте инновационных психотехнологий важное событие: начался новый учебный год! И как всегда в новый год с новым информационным форматом – личное интервью… А начать его решили беседой с человеком особенным: самым непубличным человеком Института… Про таких говорят: человек за кадром; режиссер за пультом; организатор всех и вся (а в старину и вовсе сказали бы «серый кардинал»), но мы приоткроем  завесу таинственности! Итак, все, внимание! Перед нами человек, который доброжелательно встречает всех пришедших в  Институт инновационных психотехнологий, но всегда остается в тени,   человек, который обеспечивает онлайн-трансляции, но никогда не бывает в кадре;  в её руках (и голове) стратегия развития новых проектов Института инновационных психотехнологий… Она говорит о других, за других, но она никогда не говорит о себе. И вы, конечно, догадались – это исполнительный директор Института инновационных психотехнологий и Центра практической психотерапии — Елизавета Сергеевна Ковалева. А в качестве интервьюера выступает тоже человек необычный, журналист по первой профессии, а ныне главный специалист Центра, психотерапевт — Ольга Анищенкова. Ничего о работе, только о личном – вот основной лейтмотив данного интервью… Ну, а как получилось: судить вам…

О. А.:  Елизавета Сергеевна, раз уж разговор у нас сегодня по душам, то начнем с обычных, приятельских вопросов: Как Ваше настроение? Как Вы себя чувствуете?

— Е.К.: Спасибо за такие вопросы!  Поскольку я занимаю позицию этакого «фасада» Института и естественно стараюсь создавать радостную атмосферу на наших учебных мероприятиях, то у меня привычно для всех и всегда — дела хорошо, настроение отличное и улыбка на лице. Хотя интроверты – а я именно «он» – меня хорошо поймут как это сложно… После семинара лицевые мышцы болят. В жизни я столько не улыбаюсь, но на семинары люди приходят в том числе и за позитивом, и я помогаю им его создавать.

Если отвечать на вопрос как я себя сейчас чувствую… я приятно взволнованна. Учебный год для меня двойной. Мой сын пошел в первый класс, и у него идет период адаптации. К сожалению, пока не так как хотелось бы.  Можно сказать второй раз в первый класс! С трех лет Сергей учился в английской школе и там он адаптировался легко и с радостью.  В этом же году он в первом классе уже в российской школе, а здесь дети менее свободны психологически. Для него это сложно. Он открыт и доброжелателен и ждет такой же реакции от других. К тому же, класс Сережи сейчас больше, чем был до этого, и учитель не всегда успевает спросить, поговорить, уделить внимание всем. Для моего сына это пока травматично. Я стараюсь помочь ему, говорю: запоминай все вопросы, которые задает учитель и, если хочешь, я с удовольствием после уроков тебя выслушаю. Таким образом, каждый день у нас идет обсуждение того, что спрашивали и того, что он может на этот счет сказать. В плане учебы, ему легко, все уже пройдено раньше. Он пришел в первый класс, оперируя цифрами до 1000, бегло читая и с умением писать по-русски и по-английски. Новый коллектив тоже очень нравится.   Плюс ко всему, появилось больше свободы. Раньше он до пяти занимался,  сейчас в 12-13 часов уроки заканчиваются.

О.А.: — Почему Сергей пошел в русскую школу, а не остался учиться в английской?

Е.К: — Мне очень нравилась система обучения английской начальной школы, нравилось и как преподают. Но я думаю о его будущем. Когда настанет время выбирать свой жизненный путь, то если он останется в английской школе, дорога будет только в учебные заведения вне страны.  Если же он попадет в школу российской системы образования, то у него будет, как минимум, два вектора. Я не могу сейчас за него решить, не имею права такого, но я готова создать возможность выбора в будущем. Поэтому я отдала его в русскую школу. И еще, что не маловажно, он гордится тем, что он россиянин…

О. А: Елизавета Сергеевна, расскажите, пожалуйста, о своем первом классе, как проходила ваша адаптация к школе?

Е.К:  — Семейная история деловых взаимоотношений в нашей семье давешняя, началась она с тех времен, когда папа встретил маму. Уже тогда, помимо всего прочего, они начали взаимодействовать как единое целое, которое делает общее дело. Когда появилась я, меня очень быстро в него «вписали». Время было тяжелое. Крушение огромной страны и воссоздания новой. Поэтому школа не была моей основной обязанностью, можно сказать, что ею я занималась параллельно с нашим общим делом.  У нас уже был кооператив «Социолог», который занимался сложными вещами: социологические исследования, статистический анализ, опросы для крупных предприятий и политических партий. Я с детства научилась обрабатывать тесты, делать подсчеты. Зато к первому классу я читала газеты, писала.  Все эти действа обычно происходили ночью на кухне, поэтому часто делать уроки я могла перед занятиями.  Я ходила в школу, но и одновременно проходила «школу предпринимательства». А это не всегда было просто, говорю откровенно.  При этом, моего развития хватало на то, чтобы хорошо сдавать экзамены.  Я чуть-чуть не дотянула до золотой медали, у меня было только три четверки.   Меня спасало то, что как говориться «всегда был хорошо подвешен язык». А иначе и быть не могло. В семье велись умные разговоры, я все это слушала, развесив уши. Общее дело предполагало и общую вовлеченность в мою учебу. Но не в плане контроля, а в плане жарких споров, например, по написанию творческих работ. А когда родителей встревожили мои заявления типа «А МариВанна сказала!», противоречащие их убеждениям, то и вовсе родители «пошли в школу», сделав на базе моего класса экспериментальный, в котором были и экономика, и предпринимательство, и видеотренинги. И многое другое. Адаптация к школе в самом начале происходила очень легко, незаметно для меня. А в конце и вовсе было интересно. И ЕГЭ не было…

О.А: — В школьное время были мечты, которые Вы ярко помните?

Е.К: — Да, я хотела замуж за Евгения Кафельникова. Хотела быть переводчиком, правда, эта мечта быстро прошла.  С английским в те времена было тяжело, и мы не очень понимали необходимость этого языка. Это был мертвый предмет, который не знали куда потом приткнуть.  Учила постольку поскольку. Мечта появилась после того, как попала первый раз заграницу.  Потом, никогда не было мечты кем я хочу стать.

О.А:  — То есть, Институт инновационных психотехнологий – это не вершина мечты?

Е.К: — Здесь стоит рассказать о том, как я окончательно вписалась в семейное дело. Изначально, моя основная протестная юношеская задача была – отделиться от папы с мамой и доказать, что я САМА могу, и для достижения этой цели было сделано много.  После окончания института  я себя пробовала в разных областях. Поработала в крупной страховой компании и доросла до высокой должности. Потом работала в другой крупной немецкой компании и тоже очень успешно. Я поняла, что могу реализоваться сама, но не давала покоя мысль: «а как же свои-то, наше общее дело?»  Когда я поняла, что семья во мне нуждается – нас только трое — снова повернула свой взгляд в эту сторону. Спусковым крючком этого решения был один случай. В фирме, где я работала, «раскопала» схему увода источника дохода из организации. Я долго этим занималась, полгода мне понадобилось, чтобы найти всех действующих лиц. Когда все «пазлы» сложились, я пришла к генеральному директору и рассказала. Он же признал, что всю эту схему он знает и более того, косвенно в ней участвует. Мне порекомендовали забыть эту информацию. Это я пережить не смогла и ушла. Хотелось находиться в организации, в которой нет криминальных историй, коррупции. Мое главная убеждение — работать «прозрачно», терпеть не могу серые схемы, поэтому прозрачность – это основной принцип нашей семейной организации.

О.А: — Вы сказали, что семья нуждалась в вас, расскажите поподробнее.

Е.К: — Я понимала, что у отца очень большой потенциал, именно психотерапевтический, но у него не было времени и желания заниматься организаторскими делами. Творец, который нуждался в помощи.  Сначала, я сняла с него процедуру регистрации клиентов и составления расписания. Потом мы открыли первые курсы и всю организационную часть я взяла на себя. Дальше мы начали расширяться, я сделала свой первый сайт и дело пошло. А дальше это стало моей обязанностью и, как уверяли мои родители, моим призванием.

О.А: — Вы сказали, что основной принцип организации – это прозрачность. Какие еще ценности и принципы существовали в вашей семье?

Е.К: — Отец всегда хотел, чтобы мир стал хоть чуточку лучше и для этого он делает то, что лучше всего умеет. Я делаю свою часть, а мама (Людмила Леонидовна Черепанова – примечание) занимается финансовыми, бухгалтерскими и юридическими вопросами. У каждого своя область общего дела и каждый делает его хорошо, каждый уверен друг в друге. Наш семейный принцип: спина к спине, хоть против целого мира.

О.А: — Ваш сын тоже воспитывается на том принципе?

Е.К: — Да, я всегда говорю: помни, чтобы ни происходило, кто бы тебя не обижал – за твоей спиной стоим все мы. И мы не подведем.

О.А: — Есть семейные ценности, от которых хотелось бы отказаться?

Е.К: — Есть то, от чего я хотела бы отказаться, но я это неосознанно повторяю: перфекционизм в обучении. Когда я была маленькая, был серьезный прессинг по поводу того, что я должна. Был  список компетенций, которые я должна освоить (я должна была делать  свою часть работы не как ребенок, а как член команды),  список книг, который я должна прочитать. Сейчас, я за собой замечаю, что я то же самое на сына проецирую. Если зайти в детскую комнату, у всех вызывает удивление количество книг, которое там стоит. Но это уже не исправить, наверное.

О.А: — Как вас называли в семье?

Е.К: — Меня называли Зуля (от Лизуля), да и сейчас так называют.

О.А: — Каким ты была ребенком?

Е.К: — Очень непростым. Родителям я много нервы помотала. Например, в первом классе я пошла вместо школы в кино. Мультик тогда отменили, но у меня было много друзей!  Родители искали меня с утра практически до ночи по всему городу!  Как же они испугались, и как же мне досталось от каждого по первое число!

О.А:  — Есть что-то, что было свойственно Лизе Ковалевой в детстве и теперь это узнается в Сергее?

Е.К: — Мы с ним очень упрямые, обижаемся одинаково. Мы полностью закрываемся, молчим, ни на что не реагируем. Разговаривать начинаем, только, когда обида пережита. Но он в отличии от меня умеет извиняться. Все говорят: вот, смотри, это тебе возмездие.  Есть же пословица: «любите своих внуков, они отомстят вашим детям».

О.А: — Что является сейчас опорой Елизаветы Ковалевой?

Е.К: — Семья. Греет мысль, что, если что-то случится, есть люди, на которых я могу всегда полностью и без сомнений опереться. Моя семья – это мама, папа, ребенок, муж.

О.А: — Вы исполнительный директор Института инновационных психотехнологий и Центра практической психотерапии, если не секрет, Вы сами проходите терапию?

Е.К: — Я проходила терапию. Одно время пыталась работать даже с Ковалевым, но не долго. Тяжело выдерживать рамки «отец-дочь». Сейчас я прохожу терапию только в самостоятельном варианте.

О.А: — Как это, когда папа — психотерапевт?

Е.К: — Я не знаю как по-другому.

О.А: — Многое держится в Институте на вас. В чем секрет?

Е.К: — Я люблю мое дело. Надо мной смеются, потому что  отпуск у меня длится  ровно три дня. Эти три дня я сплю, на четвертый день я опять жажду что-то делать.

О.А: — Есть что-то, что интересует помимо работы?

Е.К: — В какой-то момент, работа заменила мне все. Это мой самый большой недостаток.

Елизавета Сергеевна Ковалева

О.А: — Что хотелось бы сказать своим сотрудникам в начале нового учебного года?

Е.К:  — Любите то, что вы делаете. Когда я вижу, что делается что-то без души – эффекта не будет.

О.А: — Что хочется сказать тем, кто к нам приходит учиться?

Е.К: — Хочется сказать, чтобы они спрятали предвзятое и критикующее мышление подальше. Иначе не получится что-либо впитать, закроется «заслонка» принятия. Откройте себя, дайте влиться новому.

О.А: — Поговорим о планах на будущее.

Е.К: Планов много. Самая главная мечта, чтобы в будущем Институт «оброс» кафедрами, хочу совместить академичную систему с нашей и сделать ВУЗ будущего.

О.А: — Елизавета Сергеевна, я благодарю за откровенный и душевный разговор, за искренность!  Надеюсь, сегодняшний разговор – это только начало! Желаю Вам чувствовать, что вас окружает надежная команда, а всем студентам Института инновационных психотехнологий с удовольствием начать учебный год и с легкостью пройти процесс обучения! Всего самого доброго!