Из опыта психотерапевтической работы с маленькими детьми

Анищенкова Ольга Владимировна

« Теплым, сиренево-розовым зимним вечером, а зимние вечера иногда бывают удивительно теплыми, шел по улице человек, похожий на художника. Он как-то особенно дышал в этот вечер. Дело в том, что, иногда мы все дышим особенно: воздух вдруг приобретает как будто плотность, форму, температуру и даже вкус. Впервые за долгие месяцы, или даже годы художник почувствовал вкус воздуха, он был свежим, как чистая студеная колодезная вода, плотный, как будто даже цилиндрический. Цвет улицы тоже был особенным…да, все, все казалось,  ожило и говорило с человеком. Это удивительное ощущение, когда ты вдруг становишься зрячим и слышащим для всего, что окружает. Воздух говорил: «ты — вольный, ты — свободный», снег каждой снежинкой пел: «я люблю тебя». Небо ухало: «у меня еще много тайн для тебя, принимай, лови». Ожило все вокруг, даже проходящие мима собаки о чем-то сигналили. А все вместе рождало трогательное состояние души, похожее на мелодию, наигранную уличным музыкантом на скрипке. Художник как будто и сам в этот миг стал всем этим. «А ведь я впервые лет за пятьдесят, слышу всей душой и говорю душой» пронеслась мысль в голове художника, — «слышать всей душой…интересно… — а раньше? – а раньше вряд ли я вообще слышал,…скорее на автомате выполнял однажды записанную, похожую на компьютерную, программу. Точно, механически выполнял механическую программу. Слушал. Говорил, ел, даже ребенка спать укладывал. Моему сыну уже 4… а я вообще его не знаю. Кто он? Какой он? Чем вообще живет мой ребенок? За 4 года я ни разу не заглянул в его душу…а жена? Ей уже 28… вчера был день рождения… а с ней что стало я и не заметил, я не знаю совершенно ее…ее мира, чувств… а вдруг у нее появился любовник, а я болван, за наши совместные долгие годы ни разу не поговорил с ней по душам. А я сам? Кто я? Что я? Небо, кто я? Вдруг взгляд обратился к небу, а оно как будто понимающе, всей глубиной своей улыбнулось. Да, я есть набор «Нельзя», а что есть я на самом деле? Кто же я? не знаю… надо бы прислушаться…»

( «Наши души сотканы из вечности» Л. Кудрявина)

 

Каждый из нас, дорогой читатель, рано или поздно сталкивается с подобным состоянием. Хотя бы раз в жизни, вы были неимоверно чутко и восприимчиво настроены  к чему то:  кто-то к ребенку, кто-то к болеющему животному, кто-то к цветку. И не имеет значения, о каком именно предмете идет речь, важно то, что вы, говоря словами из вступления, «слышали»   глубинные струны души другого, своей душой. Если такое однажды случалось с человеком, это состояние уже остается в памяти на всю жизнь.  Попробуйте прямо сейчас вспомнить себя в «слышащим» состоянии. Просто вспомните, когда это было, при каких обстоятельствах, как долго? Получилось?

Дорогой читатель, описанное мной во вступлении состояние, очень важно уловить. Оно описано красочно и наглядно, метафорично для того, чтобы можно было его примерить на себя.  Подобное   состояние  НЕБХОДИМО человеку (психотерапевту), который собирается  взаимодействовать  с детьми. Ведь каков смысл общения родителя и ребенка или специалиста и ребенка? Прежде всего — передать опыт, возможность быть эффективным и счастливым. Но как это сделать?

Поделюсь некоторыми наблюдениями, обобщениями и выводами, которые сложились в процессе моей психотерапевтической работы с детьми в Центре практической психотерапии при Институте инновационных психотехнологий.

 

Итак, психотерапевтическая работа с ребенком… Метафорично, ее можно представить как погружение с аквалангом в морскую глубину, то есть в совершенно иную среду, завораживающую своей красотой и таинственностью.

Во-первых, на помощь в таком взаимодействии приходит как раз то самое «вчуствование», «слышание» всей душой, разговор без слов, когда происходит взаимодействии душ, где одна (вы) ведет, а другая (ребенок) следует за вами.  В научном мире, подобное состояние называется раппорт.  Ключевая особенность в работе именно  с ребенком – это ваше состояние. С одной стороны, вы сами как бы становитесь ребенком, принимаете его картину мира и общаетесь с ним, используя его категории, и при этом остаетесь взрослыми, который имеет «маршрут» терапии и ведет по нему. Без этого может получиться эффект примерно как при прочтении  научной лекции по космонавтике для человека из первобытного общества. Обычно, родители, особенно матери,  интуитивно способны легко входить в раппортное состояние и чувствовать ребенка (тем более в младенчестве). Проблема лишь в том, что это природное качество, матери часто убивают в себе чтением неумных книг  о том,  как НАДО воспитывать ребенка (первый признак вредоносности информации — это идея о том, что ребенка надо сломать). Психотерапевту же это особое раппортное состояние либо присуще (особый дар),  либо тренируется по целевому запросу…

Важность раппорта увеличивается в разы, когда речь идет о детях неспособных вступать в диалог (аутизм, элективный мутизм, маленький возраст). Такие дети составляют значительную часть случаев обращения к психотерапевту. Но о раппорте стоит помнить и во всех остальных случаях в работе с детьми. Например, среди маленьких детей распространены случаи необъяснимых истерик, потери способности говорить, боязнь врачей, постоянные болезни, энурез, парез.

Еще одна тематика обращений к специалисту по детской психотерапии – это различные проблемы в школе (детском саду), чаще всего  — нежелание учиться, неспособность строить отношения с одноклассниками, плохая успеваемость. В моей практике были случаи взаимодействия с подростками, для которых единственный выход из сложной ситуации – суицид.

Велика категория обращений с соматическими заболеваниями. Довольно часто ко мне приходят родители от врачей, которые говорят, что ничего не могут сделать – это психологическое… (например, дерматит). Хотя, наш опыт, честно говоря, показывает, что большая часть заболеваний являются результатом неадекватной адаптации ребенка к действительности. Иногда работа ведется и с психогенетическими заболеваниями.

Часто родители приводят, так называемых, агрессивных детей, неспособных справиться с эмоциями, детей подвергшихся насилию, испытывающих сильные страхи, потерявших близких. Так же к специалисту попадают дети, переживающие тяжелые неурядицы в семье (развод, например, именно эта проблема часто совпадает с проблемами в школе).

То есть перед нами огромный спектр проблем и довольно большой разброс по возрасту (от еще не говорящих малышей и до подростков-школьников) и это подчеркивает важность раппорта… особого состояния души психотерапевта…

   Во-вторых, необходим «код доступа» к Бессознательному, душе ребенка. Дело в том, что мироощущение и мировосприятие ребенка особенные, отличные от тех, что переживает взрослый человек:

Так, младенец, появляясь на свет, еще не отделяет себя и окружающий мир, не отличает то, что  видит, слышит и чувствует извне и внутри себя.

Внутренний мир взрослеющего малыша — это бесконечное пространство, где он абсолютный хозяин мира.  Чтобы прикоснуться к этому явлению, попробуйте вспомнить как вы слушали сказки в детстве…  Ощущение хозяина (а к этому ощущению многие взрослые идут годами, в результате многолетней работы с собой), постепенно, из главенствующего дополняется возможностями мгновенного воплощения, так называемая, символическая реальность (примерно с полутора лет). Как только в мире ребенка появляется потребность в чем либо — это тут же обретается, как во внутреннем мире (ребенок может сидя в своей кроватке бродить, например, по волшебному лесу в королевском наряде среди сказочных персонажей) так и в реальном (любой предмет в мгновение ока, совершенно реально для ребенка, превращается в нужный. Велосипед – в мост через реку, мамин платок в свадебную фату и т.п.). Прекрасно помню, как однажды, в два года, услышав в церкви «Чаю воскресения мертвых» (песнопение из церковной службы»),  увидела рядом с собой Кощея Бессмертного. Так сработал ассоциативный ряд. Увидела его так ярко, что меня, рыдающую, очень долго не могли успокоить. В этот период дети остро  переживают различные чувства, осознавая суть этих чувств.

Примерно в три-четыре года из мира, где нет разницы между внешним и внутренним, ребенок попадает в, назовем его, мир ума.  В это время символический мир начинает разделяться на внешний и внутренний, внутренний  закрепляется, естественно, больше внутри, а внешний остается снаружи. Теперь точка осознания постоянно мигрирует  с, например, общения с бабой Машей (внешний) в свою сказку (внутренний).  Примерно с этого периода, ребенок  уже оперирует понятиями, появляется дискретная составляющая жизни, а дальше начинается активное усвоение принципов этого мира.

Далее, взрослея, ребенок начинает привыкать к тому, что есть разделение между ним и окружающим, к тому, что на его мир могут влиять и к существованию двух миров – внешнему и внутреннему.

Взрослый же человек, с течением жизни (при условии личностного роста), преодолевает дорогу в обратном направлении. Так, человек проходит дорогу от «Правил и принципов» к «Логической» реальности, потом осваивает «Мир чувств» и дальше следует к «Мистической реальности» (см. подробнее в книгах С. В. Ковалева).

В данной статье речь идет о психотерапевтической работе с детьми в возрасте  примерно до восьми лет. С детьми постарше работать можно и как с взрослым человеком, так и  используя наши адаптированные технологии (об адаптации речь пойдет дальше) для самых маленьких (до восьми лет). Выбор зависит от предпочтительных категорий мышления ребенка.

Следующий аспект статьи касается ответов на вопросы —  Как же во всех этих случаях привести ребенка к желаемому состоянию, как понять это самое желаемое состояние и каким образом построить терапию?

Со всеми перечисленными случаями позволяет эффективно работать методическая и технологическая база интегрального нейропрограммирования. Это модальность, разработанная С.В. Ковалевым, официально признанная в профессиональной среде психотерапевтов, позволяет в максимально короткие сроки решить весь спектр задач, возникающий перед специалистом по детской психотерапии.

Особо отмечу, что модальность – интегральное нейропрограммирование —  зарекомендовала себя как позволяющая решить практически любую психотерапевтическую задачу. Если коротко, то на вопрос – что такое интегральное нейропрограммирование – можно ответить так –  это система, с помощью которой возможно «проникнуть» в Бессознательное и изменить его автоматические настройки на те, которые приведут к желаемому. Причем «желаемое» может быть в любой сфере. Универсальная система прохождения человека по пути от настоящего состояния (НС) к желаемому состоянию (ЖС) – это так называемый «Модуль Ковалева». Методика,  включающая в себя девять шагов, от прояснения настоящего состояния до вписывания человека в новую жизнь. Система прорабатывает все параметры Бессознательного, необходимые для изменения.

Моя практика показала, что применение этой системы в работе с детьми дает прекрасные результаты, особенно если суметь ее адаптировать к картине мира ребенка, тому самому загадочному миру, о котором говорилось выше.

Для иллюстрации работы по модулю с его адаптированными к особенностям мира ребенка психотехнологиями  расскажу об одном из случаев в своей психотерапевтической практике.

Так, речь пойдет о девочке 6 лет. Ее семья недавно переехала в одну из европейских стран. Девочке был поставлен диагноз аутизм и предложено обучение в специализированной школе, так как работа с таким диагнозом не ведется. Девочка не могла общаться: не слушала и не понимала того, что ей говорили, хаотично что-то рассказывала, не выговаривала слова,  словарный запас был очень ограниченным, со сверстниками не общалась. Мама ребенка верила, что для ее дочери возможна лучшая судьба и привезла ее в Россию, в надежде найти способ помочь.

На первой встрече передо мной стояла задача диагностики — понять настоящее состояние (НС) ребенка, желаемое состояние (ЖС), увидеть те препятствия, которые блокируют достижение цели и понять какие ресурсы помогут справиться с препятствиями. Информацию  я собирала с помощью рисунков. Это был наиболее предпочтительный язык общения ребенка со мной (стоит сказать, что в раппортном состоянии, ребенок, вернее его Бессознательное выдает именно то, что требуется для работы. Часто это похоже на чудо, особенно в работе с малышами.)

Итак,  у нас были ватманские листы бумаги и краски.

Я произносила громко слова связанные с нужной мне информацией: имя девочки, «мама», «папа», «дом». Бессознательное реагировало и независимо от того, чем были заняты мысли ребенка, выдавало мне необходимое. При этом, ребенок, конечно, не сидел на месте, но между ползаньями, прыганьями, копанием в игрушках и другими действиями, спустя полчаса получился рисунок: коричневый дом с черными дверями и окнами. Символику этого настоящего состояния понять несложно, обратившись к материалам семинара  Сергея Викторовича по Символодрамме. Следующий шаг  — это выяснение желаемого состояния. Точно так же я произношу ключевые, знаковые слова. Бессознательно, девочка выдает на них художественную реакцию. На этот раз появился сиреневый дом с красной крышей, зеленой трубой и голубым дымом, желтыми окнами и оранжевой дверью. То есть от болезненной замкнутости в себе, когда выход в мир страшен, наметился путь к радости жизни и  общения, самореализации, но после того, как установятся гармоничные отношения в семье. Так же я на занятие принесла несколько десятков изображений девочек. Малышка выбрала для себя мультяшную куклу, а для своего желаемого будущего  красиво одетую девочку своих лет.

После диагностики было решено проводить работу по «Модулю» с ребенком и параллельно работу с мамой.

Результат построения маршрута терапии был следующий:  на  занятии девочка начала осознавать вопросы и, хотя и на ломаном языке (половинчатые слова), отвечать на них. А нам предстоял следующий шаг: внедрение целей в Бессознательное, то есть программирование бессознательных механизмов на достижение желаемой цели. Этот этап мы проигрывали. Девочка нарядилась в ту принцессу из будущего, которой она мечтала стать. Мы проигрывали ситуации как она будет ходить, четко говорить, на балах общаться с другими принцессами и принцами и т. п., а в конце малышка представила, что принцесса стала маленькой и поселилась в ней. То есть образ желаемого «поселился» в психике, а, как известно,  все, что можно воплотить в образе — можно воплотить и в реальности.

Дальше малышке предстояло создать бессознательную готовность к переходу в желаемое состояние. То есть требовалось бессознательное согласие со следующим:

  • Цель желанна
  • Стоит того, чтобы ее достигать
  • Достижима
  • Достигается нормальными и естественными способами и образом
  • Будучи достигнутой, сделает меня, мою жизнь и жизнь действительно близких мне людей эффективной и счастливой
  • Имеются все необходимые, для достижения целей, способности
  • Заслуженность достижения цели

Задача стояла непростая. Как проверить готовность и, самое  важное, как ее сделать достаточной для движения вперед?

Выход был найден самый неожиданный. Я привлекла к работе младшую сестру моей героини (сестренки, естественно, прекрасно понимали друг друга), для того, чтобы возможно было, используя игру девочек, реализовать стоящую передо мной задачу. Но для начала, я замерила уровень готовности, он был, естественно, невысокий. Итак, сестры затеяли игру в детский сад.  Сначала мы разделили игрушки на «плохих», «хороших» и нашли тех, которых девочки выбрали для самих себя. Разделили комнату на три зоны: для доброжелателей, тех, кто будет мешать идти к целям и для кукол-сестренок.

Суть игры была в том, что «плохие» игрушки сопротивлялись, а «хорошие» помогали.

Прежде всего, героини продекларировали (глядя на картинки желаемого состояния): «Я хочу стать принцессой!», противники – «плохие» игрушки — высказывали свое сопротивление, тогда будущие принцессы рассказали, что плохого в том, что они никак не могут достичь цели (все это весело, с прыжками, аплодисментами, иногда даже танцами), потом рассказали что произойдет хорошего, когда мечта сбудется, рассказали когда именно они уже осуществят задуманное, что мешает, что нужно для того, чтобы преодолеть препятствия (волшебные предметы мы сразу же нашли и сделали своими),  объявили, что будут достигать цели и обязательно достигнут при любых условиях (в любую погоду и т.д.) и в качестве подтверждения своих слов прокричали: «Ура, в путь»!

(После такого напора  «враги» кто разбежался, а кто-то даже принял сторону доброжелателей, то есть мы «расчистили» дорогу для достижения цели.)

Что мы сделали на самом деле? Во-первых, убрали все внутренние проекции (в том числе самих себя), которые не позволяли иметь желаемый результат, а во-вторых, повысили бессознательное согласие по тем семи пунктам, которые были обозначены раньше. При этом, моя подопечная  в игре словами общалась мало, зато делала это движениями и мимикой (ее привычный способ общения).

Повторный замер готовности продемонстрировал высокие показатели, достаточные, для перехода к следующему этапу работы.

Следующий этап терапии, который предстояло пройти девочке – это увеличение готовности к достижению цели (техники «Увеличение мотивации» и «Увеличение веры»).

Суть техники в том, что используя, коды доступа к Бессознательному, мы перемещаем желаемый образ в те пространственный зоны Микрокосмической диорамы, где закодированы наиболее приятные человеку состояния и явления, в которые человек безусловно верит.

Этот же принцип использовался в работе с ребенком. Были определены названные зоны и пространство сомнения, (для того, чтобы «отсомневаться»  в достижимости цели виртуально), замаркированы с помощью рисунков и дальше,  последовательно, по схеме, описанной Сергей Викторовичем Ковалевым, мы перемещали нашу принцессу из будущего. В итоге, желание стать такой, о которой мечталось на первых занятиях, увеличилось и появилась  вера в то, что это возможно.

А мы приблизились к следующему шагу Модуля: «Создание необходимых образов себя» (Техники «Генеральная уборка», «замена негативного образа на позитивный», «Усиление позитивного образа»).

Человек, рождаясь, имеет непосредственное восприятие действительности, то есть воспринимает ее  такой, какая она есть, без прослойки из выводов о себе, других и мире, кои появляются по мере взросления. В итоге,  человек видит жизнь не такой, какая она есть, а сквозь, как бы очки своих, зачастую негативных представлений. (Так однажды, я работала с мальчиком, которому папа сказал, когда  тот, будучи маленьким ребенком, расплакался : — «Девка!». И, с тех пор, мальчик думает о себе сквозь эту оценку… На улице, часто приходится слышать от мамочек маленьких детей фразы, подобные этой:  «Не заходи за ворота, там ходят бандиты, которые воруют детей». Подобные  фразы  могут сформировать  представление о других, как об  опасных, вредоносных, а мир представить пугающим. Эти представления копятся, наслаиваются и в результате жизнь может оказаться крайне неблагоприятным предприятием. Чтобы адаптироваться к ней человек «придумывает» различные механизмы. Например,  болезни,  которые позволяют не сталкиваться с действительностью)

Первоочередная задача по «разблокировки» человека от негативной адаптации (аутизм, тоже механизм адаптации) – это поменять негативные представления на позитивные. Что мы и сделали с малышкой.

Для работы нам понадобились  куклы, которые составили семью нашей принцессы. Игра была придумана такая: мы готовили принцессу к путешествию в волшебное царство. В качестве подготовки,  необходимо было избавиться от всех тех качеств, которые могли выдать то, что принцесса ненастоящая (а выдать ее могли как раз негативные представления). Для этого сама принцесса перебрала все свои вредоносные представления. Потом фея (ее играла я) выяснила,  что плохого о принцессе думают мама, папа и остальные члены семьи (проекции) и что бы хотелось вместо этого. Избавлялась от этих представлений принцесса (и моя клиентка) тоже с помощью кодировки в Микрокосмической  диораме (проекция внутреннего пространства).  Она нарисовала себя в младенчестве и себя у папы на руках (в настоящем), рисунки  прикрепила там, где захотелось (Зона «я этим больше не являюсь» и «Я этим являюсь и мне это нравится»).

Оставалось все записанные мной представления опредметить (что мы и сделали с помощью пластилина) и отправили негативные в зону «Я этим больше не являясь» (предварительно проделав дырочку в рисунке) а парные позитивные сначала в картинку «Я этим являюсь и мне это нравится», а потом обратно в принцессу. Сеанс прошел очень удачно, принес нам много смеха, радости и приятную усталость.

На следующем сеансе мы работали над созданием новых матриц (образов), которые Бессознательное, нейросеть будут осваивать  и заполнять новыми программами жизнедеятельности, или, проще говоря, меняли негативные образы себя на позитивные, а позитивные усиливали.

В этом случае мы использовали пластилин и игрушки. Моя подопечная вылепила себя из самой страшной сказки о себе самой и себя из самой счастливой сказки о себе самой. Героини  поместились на руках, познакомились, слились, дальше соединенные образы были взяты мной и спрятаны, а на их месте появился образ из счастливой сказки, только более сильный и радостный.

Усиление нового образа произошло благодаря тому, что девчушка проиграла,  как  она соединяется со всеми своими любимыми сказочными героинями, олицетворяющими в полной мере те параметры будущей принцессы, которые стали желаемы на нашей первой встрече.

Пятый шаг «Модуля» оказался заключительным в моей работе с европейской гостьей.

Нам предстояло сделать три психотехнологии, подключающие все необходимые ресурсы для движения к цели. Первые две я опущу из-за сложности теоретического материала, опишу лишь последнюю из этого цикла — «Волшебный магазин».

Эта техника подключает дремлющие ресурсы организма. Мы обладаем абсолютно всеми ресурсами, необходимыми нам для эффективной и счастливой жизни, правда, некоторые из них не активированы, но в нашей власти указать Бессознательному  на необходимость их пробуждения.

Техника «Волшебный магазин» и предыдущие техники данного шага Модуля как раз и «доносят» до Бессознательного информацию о том, какие ресурсы пора «запустить», для достижения целей, определенных на первом сеансе.

С малышкой мы, конечно же, играли в волшебный магазин, где можно купить абсолютно все.  Приобретали волшебные порошки ( «смелость», например). Эти порошки меняли на оставшийся «душевный мусор», трусость, страхи и т.д. В итоге, все, что нужно для достижения целей было разведено в воде и выпито, а Бессознательное приступило к редактированию нейросети.

На этом этапе терапии работа была закончена и  мама с  дочкой   уехали домой…

А спустя несколько месяцев я узнала, что девочка пошла в обычную школу, где прослыла общительным и веселым ребенком, а еще спустя время, мама добилась официального снятия диагноза, что подтверждено документально.

Таким образом,  Бессознательное «увидело», «приняло» и планомерно привело ребенка к желаемому. Однако, (обращу ваше внимание!)  в этой работе было задействовано помимо Бессознательного  девочки, еще и Бессознательное мамы. Уже отмечалось, что с ней велась параллельная работа. Возвращаясь к первому сеансу, скажу, что среди тех блоков, которые не дают идти к цели, главным был – обстановка в семье. Мы могли сколько угодно работать с девочкой, но если бы она вернулась снова в ту среду, которая заставила ее «закрыться», отличные результаты психотерапии могли бы  быть временными…  На это обстоятельство следует обращать внимание каждый раз. При диагностике, стоит внимательно разбирать проблему в контексте семьи и если существует непосредственная  зависимость симптома от семейной системы – необходима работа с семьей.

Не случайно был употреблен термин «семейная система». Это действительно самостоятельная единица, состоящая из нескольких людей. Система, которая выработала механизмы саморегуляции. Каждый член семьи имеет определенный, так же характерный способ существования в семейном союзе. Адаптация одного из членов семьи к действительности с помощью болезненного симптома постепенно бессознательно принимается системой как норма и создаются ответные способы адаптации. Симптом принимается за НОРМУ. В тот момент, когда встает вопрос об изменении одного  участников семейной системы, автоматически  встает вопрос об изменении системы в целом. То есть,  перед семьей, как целым, появляется бессознательный выбор: или существование  привычным способом (и постепенное нарастание  недовольства) или перемены. Для того,  чтобы система начала меняться (а это всегда требует усилий) часто необходимо еще и изменения хотя бы одного из, скажем так, главных акционеров Сообщества.  По большому счету, изменения происходят на нескольких уровнях: родитель (или оба) осознает (осознают) свои жизненные уроки и меняется (меняются), то  меняется и  ребенок (уже не нужно приспосабливаться к жизни привычным способом), а  семья, — выходит на новый уровень развития, новый уровень эффективности и счастливости.

Приближаясь к завершению, хочу еще раз отметить те аспекты, которые понадобятся родителям, психологам и психотерапевтам в работе с детьми:

  • Самое важное – помнить, что взаимодействие с ребенком – это совместное движение, синтонность, парный танец, разговор двух душ, где вы ведущий.
  • Отсюда следует, что вам необходимо иметь «маршрут» терапии, то есть систему действий, которая выведет к результату.
  • Важно помнить о работе с контекстом, то есть с семьей или тем окружением, в котором находится ребенок, при отсутствии такой возможности необходимо моделирование контекста.

И, пожалуй, ключевым аспектом, в работе является вера: вера в себя, в ребенка, в метод.

© Институт Инновационных Психотехнологий Ковалева С.В.
Эксклюзивные права на все материалы сайта psy-in.ru принадлежат Институту Инновационных Психотехнологий. При цитировании и использовании материалов ссылка на автора и Институт Инновационных Психотехнологий обязательна. Подробнее